Нитсан М. Раннее развитие: связь индивидуума и группы

 

(Перевод Натарова В.)

Одной из наиболее тревожных стадий развития групп является начальная стадия работы группы, когда несколько незнакомых людей приглашаются терапевтом сформировать группу. В большинстве случаев в этот период группа формируется как некоторая сущн в некоторых случаях такого формирования не происходит. В других группах начальные проблемы сосредотачиваются вокруг состава, посещаемости и проблемах коммуникации и составляют историю группы…

Эта статья предлагает развивающуюся модель для понимания ранней стадии формирования группы. Процессы на ранней стадии развития в группе являются аналогичными ранней стадии развития в детстве и, следовательно, объединяют индивидуальное и групп витие.

Теоретические предпосылки

Начальная стадия развития группы определяется здесь как приблизительно первые 12 недель работы группы. Этот период обозначается как РАННЯЯ СТАДИЯ ФОРМИРОВАНИЯ.

С моей точки зрения, этот период связан с первым месяцем детства — младенчеством, приблизительно это первые три месяца, когда ребенок нуждается (испытывает потребность) в том, чтобы уладить некоторые фундаментальные зоны развития Ego.

Основной задачей развития в начальный период детства является ИНТЕГРАЦИЯ. Winnicot (1965) привлек внимание к факту, что в начальный этап жизни младенческое Ego характеризуется состоянием «неинтеграции» или фрагментарностью. Имеется в виду не грация» с самим собой, а с окружением. С момента, как окружающая ребенка Среда становится «хорошо достаточной», Ego начинает основываться на как единица измерения в такой форме, которая обеспечивает определенный способ для дальнейшего развития — для ерсонализации и для реализации.

Это «хорошо достаточное» окружение, с вышеизложенной точки зрения, означает влияние матери, которая может удовлетворить абсолютную зависимость ребенка. Вместе с этим, ребенок может испытывать периоды депривации и тревоги и может вернуться «неинтеграции» (как во сне). Без адекватной поддержки — влияния матери, ребенок демонстрирует то, что Винникот назвал «неосмысленная тревога» — тревога о том, что оставлен в стороне (покинутость). и что полностью потеряны прикосновения. Это равняется психотическому уровню тревоги и является аспектом кляйнеанского понятия о параноидно-шизоидной стадии развития младенца.

Аналогия, которая проводится здесь, происходит из того факта, что терапевтическая группа в своей начальной фазе не является союзом. Это собрание индивидуумов которые не имеют отношения между собой, кроме общей задачи для них всех — формирования группы. Новизна и неизвестность ситуации (для многих участников это возможно первый опыт групповой терапии) часто вызывает значительную тревогу. Это дополняется неопределенной, бесструктурной природой самой этой ситуации, когда неизвестны и не установлены линии поведения для группы и ее участников. Хотя пациенты обычно уже имеют готовность для получения такого опыта, которая возникает в процессе индивидуальных встреч с терапевтом, но опыт индивидуальных встреч является более безопасным для пациента, чем опыт в группе. Вхождение в группу означает, потерю этого индивидуального контакта и бытие в угрожающей ситуации, которая возникает в начале работы (формирования) группы.

Группа на этой стадии похожа на ребенка в его борьбе за достижение чувства бытия и объединенности в его первые недели или месяцы жизни. Даже хотя отдельные участники группы работают — по крайне мере внешне — на более утонченном, сложном уровне сознания, чем «дезинтегрированное» Ego ребенка, группа сама по себе погружается в «хорошую» тревогу, при которой фрагментация и дезинтеграция могут переживаться как реальные. В такой группе может быть получен потенциал для ее роста, но проблема выживания вляется здесь решающей. Групповая тревога распространяется среди членов группы и они могут испытывать уровни тревоги, ассоциирующиеся с ранними стадиями их собственного развития.

Bion (1961) описывает источник основных проявлений в группе, утверждая, что тревоги формируются в ответ на «чрезвычайно раннюю первобытную работу психики на уровне частей объекта и ассоциируются с психотической тревогой и механизмами расщепления проективной индентификации». Детально объяснять, как это происходит, не позволяют рамки данной статьи, но интересно отметить, что то, что Бион называет психотической тревогой, рассматривается им в целом как закрытость к групповому опыту и именно эта тревога активирует начальную стадию работы группы.

Следует отметить, что описанные выше феномены случаются не только на начальных стадиях развития группы или, что эти эффекты проявляются у всех групп одним способом. Важно утверждение, что параноидно-шизоидный тип тревоги является важным общим измерением раннего группового формирования и тем, что неразрывно связано и определяет динамику группы на этой фазе ее формирования.

Ранняя групповая динамика

В начале группы ее члены находятся в состоянии тревожных предчувствий. Здесь происходит прощупывание почвы для контакта, актуализируются положительные цели, с которыми участники пришли на группу (намерения) — надежда установить доброжелательные отношения и найти поддержку в группе, увеличивается вера в возможности избавления от стадания, в возможность установления эмоциональных связей между ними, близости и, возможно бессознательно, найти в группе «полное объединение — единство», которое выйдет за пределы групповых занятий. Но эти ПОЗИТИВНЫЕ НАДЕЖДЫ быстро исчезают при реальном нахождении в гуппе. Вместо сплоченного союза людей группа является фрагментарной коллекцией индивидов и это вызывает тревогу прежде, чем смогут оправдаться приятные ожидания. Скоро начинают проявляться ранняя враждебность и страх подвергнуться враждебной атаке. Большинство людей входят в группу с ожиданием и надеждой обнаружить и понять разрушительные аспекты своей внутренней жизни, но это сопровождается страхом разоблачения. Этот страх может быть на протяжении всех занятий группы, но наиболее актуализироанным он является в начале занятий. Разоблачение предполагает риск быть атакованным. По мере того, как у участников формируются первые впечатления от членов группы, они могут бояться «нелюбви» или быть «нелюбимыми», что может привести в состояние гневной конфронтации. Здесь может быть ранний (детский) гнев на ведущего за то, что он собрал именно этих людей, что он не обеспечил структуру группы, что он не проводит «специальную детствующую» градацию участников группы (кто — есть — кто). Гнев, конечно, будет активизирован в процессе групповых занятий, но во вновь сформированной группе существует страх перед деструктивным компонентом проявления этого гнева и, следовательно, гнев обременяется тревогой. Это будет расщеплять и разрушать группу, что связано с параноидно- шизоидным компонентом функционирования группы, когда разрушительные фантазии и проекции этих фантазий на других становятся центром динамики группы. Этот компонет также связан с необходимостью сохранить раннюю группу, что вызывает трах разрушения группы, ее единства, под ударами разрушительно — враждебного начала групповых занятий.

Хотя здесь может иметь место гнев направленный на дирижера, но более характерной установкой в начале группы является установка на зависимость от дирижера (подчинение). Она может широко варьировать в своем проявлении — от простого права решающегг голоса до источника власти и удовлетворенности, когда дирижер представляется как некая идеализированная фигура. Это чувство «хорошей родительской фигуры», которая очень хорошо понимает происходящее в трудной ситуации ранней группы, может быть обратной реакцией на тревогу. Шизоидный аспект параноидно-шизоидной позиции определяет расщепление между плохим и хорошим: на начальной стадии работы группы это может быть расщепление между плохой группой и хорошим дирижером, когда группа воспринимается как враждебная и опасная, а дирижер — как объект восхищения и поклонения.

Это расщепление является одним из механизмов защиты, которые могут действовать на ранних этапах группы, потому что тревога на этой стадии очень сильна и защитные механизмы действуют подобно тому, как они действуют в первичном характере, в виде проекции, интроекции, проективной индентификации и отрицания, которым помогает интеллектуализация, рационализация и смещение. Все они обслуживают одну цель — отвлечь внимание от внутренней жизни группы и индивида в группе. Хотя эти механизмы могут ограничивать терапевтическое движение групппы, они также имеют проективную функцию, заключающуюся в том, чтобы позволить группе иметь дело с основными тревогами, когда группа постепенно консолидируется в союз.

Важным в динамике начальной группы является то, что называется «исчезновение». В рамках этой статьи «исчезновение проявляется как травматические события, потому что они угрожают формирванию группы. Используя аналогию о начальным развитием в д исчезновение является как бы частью тела, органа или частью ума, которые теряются. Это увеличивает страх дезинтеграции в группе.

Терапевтическая задача

Важно осознавать, что зависимость от терапевта в начале группы имеет витальную и реальную функции. Дирижжер проводит первые сессии аналогично матери, которая ухаживает за ребенком а первые несколько месяцев жизни — обеспечивая полную зависимость ребёнка» от матери-дирижера и удовлетворяя потребности в обладании. На этой стадии развития группы для дирижера наиболее важным является помочь группе почувствовать безопасность и ясно обозначить здесь все пограничные проблемы — отражать тревоги и сомнения, свойственные этой стадии развития группы, а не занимать позицию терапевтического руководства и не делать глубоких интерпретаций. Интерпретации на этой стадии развития группы являются более подходящими и приемлимыми, если они направлены на продолжение функционирования группы, а не на раскрытие болезненного сознательного или безсознательного материала. Дирижеру важно осознавать эту зависимость группы от него и допускать это без избегания и конфронтации. Роль дирижера как «динамического администратора» очень важна на этой стадии группы — поддержание и развитие окружения.

Дирижер избегает здесь форсирование преждевременной активности группы своими действиями, интерпретациям…, что в понятиях Винникотта обозначалось бы как «покушение» на участников группы, близкое к тому, как мать вторгается в несформированное сознание ребенка, что может иметь потенциально вредные последствия, как, на пример, преждевременное развитие или «фальшивое» развитие.

Возможность терапевта оказывать поддержку группе также определяется состоянием его собственного ума. Наиболее легко эта функция выполняется при комфортном состоянии. ТРУДНОСТИ ЗДЕСЬ В ТОМ, ЧТО «НАЧАЛЬНАЯ» ТРЕВОГА В ГРУППЕ ПЕРЕДАЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО УЧАСТНИКАМ, НО И ТЕРАПЕВТУ, и он может погрузиться в нее, или члены группы могут проецировать свою тревогу на дирижера и задавать вопрос, кем он является, как он справляется с подобной тревогой в прошлом и настоящем. Все эти контрпереносы дирижер должен сознавать для того, чтобы быть способным включиться в группу и обеспечить «поддерживающую» среду. Хотя первичная тревога может захлестнуть дирижера, его установка при этом на группу должна быть подобна «тревожной заинтересованности», что лучше, чем параноидальная неподвижность. Эта тревожная заинтересованность сближает с опытом материнского ухаживания за ребенком и может рассматриваться как необходимая часть опекающей роли на ранней фазе развития индивида и группы.

Это ставит вопос о системе поддержки терапевта. Как большинство матерей зависит от ближайшего родственного окружения в своей ухаживающей роли, так и дирижеру могут помочь поддержка, обратная связь и супервизорство коллег, особенно в начале группы, когда масса нового и трудно обрабатываемого материала, полученного в группе, могут вызвать у дирижера тревогу или саморазочарование (особенно — на фоне действия шизоидно-параноидных механизмов в группе — расщепления и дефрагментации). Похожие процессы проходят и у участников группы и могут вызвать у них недовольство или угрозы по отношению к дирижеру. Это может погрузить дирижера в проективную идентификацию с группой или может быть использовано группой как объект для проективной индентификации, что может сбить с толку групповую динамику и вести к увеличению тревоги или серьезных блоков в развитии группы.

Технические трудности могут возникнуть как следствие того, что большинство группаналитиков использует МОДЕЛЬ МИНИМАЛЬНОГО ВМЕШАТЕЛЬСТВА в создании групповой среды. Дирижер может обнаружить в себе дилемму ощущать чувство групповой зависимости и чувствовать необходимость удовлетворить это чувство таким способом, который расширил бы терапевтические границы. Это может отражаться в групповых фантазиях соединения с дирижером в нечто первично индифферентное целое и дирижер может также бессознательно искать это.

Перечисленные выше процессы вызывают мощные защиты против вовлечения в групповые процессы, что требует от терапевта собственного чувства психологической дифферентации [психологического отличия себя от группы] и умения оказать группе поддержку в адекватной форме на основе этой дифферентации.

Дальнейшее развитие группы

Следует учитывать, что тревоги не являются свойством только начального этапа группы, они могут возникать и на последующих стадиях развития группы как у отдельных участников, так и у всей группы. Например, когда приходит новый член в полузакрытой группе, он обычно испытывает тревогу или угрозу, а группа начинает испытывать враждебность по отношению к вновь пришедшему и дирижеру, пригласившему его. Это увеличивает фантазии агрессии и если ими не управлять, то они могут привести к травматическому началу у вновь пришедшего

Начальный период формирования группы оканчивается, когда группа обазует более мли менее определенное объединение, способное самоопределиться. Это можно сравнить с ребенком, который в условиях «вполне достаточного» окружения способен достигнуть состояния «Я» (самоопределиться) или то, что Винникотт назвал «персонализацией», когда ребенок способен различить «Я» и «не-Я». А у группы возникает чувство собственного бытия в противовес к внешнему миру. Понятие Фоукса «границы группы» является аналогичным понятию кожи человека, которая отделяет его от внешнего мира. И для группы, и для индивида эта граница является важным аспектом, который будет определять дальнейшее развитие Ego (или самоопределение группы).

По мере того, как группа входит в устойчивую фазу, остаточная тревога уменьшается и вместе с этим уменьшается возможность для проявления параноидно-шизоидных симптомов. В терминах М. Клаин это может даже проявляться в депрессивной позиции, к арактеризуется чрезмерной ответственостью и интересом. Группа теперь способна глубоко погружаться в объяснение личностных и межличностных проблем амбивалентности, стыда, вины восполняющее (репаративные) чувства, возникающие от познания и собственных деструктивных импульсов. Когда индивиды покидают группу, полагая, что это (депрессия?) должна быть терапевтической целью, а не результат их активности, и когда группа приходит к окончанию, депрессивная тревога о потере и отделении может актуализироваться. Но основная (первичная?) тревога будет продолжать существовать, подобно тому, как в индивидуальном развитии ранние формы тревоги влияют на более позднее развитие и могут проявляться на различных последующих фазах развития индивида.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проводится параллель между динамикой развития ребенка и началом формирования группы. Утверждается, что такое понимание является полезным инструментом для концептуализации начальных процессов в группе и, в частности, привлекается внимание к борьбе группы для достижения интеграции со своим бытием. Потенциальные условия для параноидно-шизоидных механизмов создаются первичной тревогой. На основе этого утверждается, что первые ТРИ МЕСЯЦА являются витальными для становления группы как живой сущности, и что после этого становления дирижер и участники могут более легко включаться в работу группы

 С сайта http://groupanalysis.narod.ru/nitsun2.html

comments powered by HyperComments