Бахтуридзе З. Манипуляция массами в политическом процессе

Источник: http://iwolga.narod.ru/docs/iswne/zeynab_manip.htm

Дипломная работа выпускницы отделения политологии факультета социальных наук РГПУ им.А.И.Герцена Зейнаб Бахтуридзе.

Научный руководитель: д.ф.н., проф. Васильева Наталия Алексеевна

ВВЕДЕНИЕ

Сложный, системный характер такого явления как поведение масс в политике, сам создаёт систему наук, призванных его изучать. Политология неизбежно включает психологию политики в качестве одного из своих уровней, задачей которого и является изучение, учёт и предвидение субъективных, психологических факторов политического развития, реальное существование и влияние которых достаточно очевидно. Объектом психологии политики являются люди, осуществляющие власть, повинующиеся ей и обнаруживающие при этом, психологические качества, встречающиеся только в области политики. ХХ век стал веком масс. Открытия Г.Лебона, З.Фрейда, В.Парето, С.Московичи и многих других исследователей в области политической психологии придали новый импульс развитию демократических обществ, перепуганных революционными потрясениями начала 20 века. Для того, чтобы управляться с силой народных масс есть два пути: первый– тоталитарная модель управления, строящаяся на сплочении масс в организованную силу путем устрашения и идеологической обработки, и второй– разобщение людей, пропоганда индивидуалистических ценностей, «атомизация» общества, потакание базовым инстинктам человека. В тоталитарном режиме используется террор и страх, физическое истребление и не только как инструмент уничтожения и запугивания, но и как нормальный инструмент управления массами (террор мог быть и чисто моральным). В демократическом же обществе манипуляции заменяют зачастую механизмы физического принуждения, характерные для тоталитарных режимов, и от этого становятся еще изощреннее. Все происходящее в обществе определяется поведением масс. Сегодня политическое манипулирование массами, массовым сознанием расцветает пышным цветом. Мы не можем не задумываться над теми последствиями, к которым политические манипуляции привели многие страны, и в том числе Россию. Актуальность данной темы определяется также и тем, что если жертвами межличностных манипуляций становятся отдельные индивиды, то жертвами политических манипуляций– огромные массы людей (порой целые народы).

Сегодня ситуация в стране такова, что слово «демократия» стало чуть ли не ругательным. Люди разочарованы. Идеалы, которые вдохновляли массы в начале 90-х годов, ушли в прошлое. Историкам еще предстоит немало поломать головы, разгадывая загадки современной России, но одна из причин создавшегося кризиса наверное очевидна для всех: это сознательная установка власти на обман население, циничное манипулирование общественными настроениями с помощью СМИ. Стена непонимания, отчуждения между властью и народом усугубляет противоречия в российском обществе, открывает широкое поле деятельности для политических манипуляторов. Почему так происходит? Ведь мы, казалось бы, сбросили оковы тоталитаризма, добились гражданских и политических свобод, но демократия так и не пришла на российскую землю. В чем же причина такого положения вещей?

М.Паренти, критикуя американскую демократию, писал: «Некоторые воображают, что, если вы вольны говорить всё, что вздумается, это и есть демократия. Однако свобода слова– это ещё не вся демократия, а лишь только одно из её необходимых условий. Слишком часто получается так, что мы свободны говорить что хотим, а те, у кого богатство и власть, свободны делать всё, что хотят, не обращая никакого внимания на то, что мы говорим. Демократия– это не словопрения и упражнение в ораторском искусстве, а система власти– как и любая другая форма правления. Свобода слова, равно как и свобода политической организации, обретает смысл лишь в том случае, если обеспечивает ответственность власть имущих перед теми, над кем эта власть осуществляется. Ни выборы, ни. Рекламно– соперничество партий ещё не служат неопровержимым признаком демократии»1.

Эти слова очень ёмко характеризуют сегодняшние российские реалии. Власть в России не несёт ответственности перед обществом! Она как бы существует сама по себе, а общество само по себе, но силы слишком неравны. Общество стало объектом и жертвой манипуляций со стороны власти. И сегодняшний кризис– лишнее тому подтверждением манипулятивная деятельность превращает выбор граждан из свободного сознательного решения в формальный акт, заранее запрограммированный специалистами по формированию массового сознания, т.е. становится очевидным, что современные манипуляторы, осознавая огромную роль масс в политическом процессе, умело используют закономерности массовой психологии.

 

ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ

Первый шаг, который естественно было сделать для решения поставленной задачи, – обратиться к авторам, работавшим над проблемой манипуляции вообще и над феноменом манипуляции в политике.

В них мы находим обсуждение проблем использования манипуляции2. В 80– е годы многие (не западные) работы на данную тему носили характер критики буржуазной пропаганды.

Это работа Вайткунене Л. (Психотехнические средства буржуазной пропаганды // Коммунист, Вильнюс 1984 г. №10), польского исследователя Войтасик Л. (Психология политической пропаганды. М.,1981 г. и отечественного исследователя Власова А. И. (Политическая манипуляция. М.,1982 г.).

Необходимо вспомнить также и об исследователях масс, которые уделяли огромное внимание проблеме управления ими. В частности, Г. Лебон в своём труде «Психология народов и масс» (СПб.,1898 г.) выделяет целую главу под названием: «Вожаки толпы и их способы убеждения», где отмечает, что эти способы обосновываются на «главной характерной черте нашей эпохи», которой, по его мнению является «бессознательная деятельность масс».

З.Фрейд, описывая массовую психологию также говорит о том, что толпа поддаётся внушению и гипнозу, т.е. его теория манипулирования массами строится отчасти на чисто психологических особенностях массового сознания.

Э.Канетти в своей фундаментальной работе «Масса и власть» (М.,1997 г.), а также в известном широкому кругу читателей романе «Ослепление» утверждает, что массы легко ослепляет любая принесённая со стороны, чужая идея: «Они действуют, но не знают, что творят; у них есть привычки, но они не знают, что таковы они, люди массы»3. Поэтому массовое сознание легко их породило; они всю жизнь движутся и всё же не знают пути; поддаётся манипуляциям.

Известный французский исследователь С.Московичи4. отмечает, что вожди масс используют обольщение, гипноз, пропаганду и внушение в процессе манипулирования массами. И при этом, вслед за Лебоном, он отмечает склоность масс к подчинению и подверженности манипулятивному воздействию.

Г.Блумер пишет о пропаганде как о насаждении определённого убеждения в массах , которое может положить конец разумному рассуждению.в этом смысле её следует (по мнению Блумера) отличать от рекламы (т.к. реклама старается оказывать индивидуальное воздействие)5.

В книге Э.Шосторма «Человек– манипулятор» (Минск, 1992 г.) дана характеристика основных черт личности манипулятора и в образной форме описано отношение таких людей к окружающим. Шостром разделяет их на несколько типов и указывает каким образом каждый из них воздействует, манипулирует другими людьми6.

Из современных трудов особое внимание необходимо обратить на концептуальный труд отечественного психолога– политолога Доценко Е.Л. Его монография называется «Психология манипуляции» (М., 1996 г.) и содержит огромную исследовательскую и аналитическую работу.

Очень интересными являются книги кандидата политических наук А.Цуладзе. Они актуальны, наполнены примерами из российской действительности7.

Для всестороннего осмысления специфики психологии масс, подверженности масс манипуляциям несомненный интерес имеют и отечественные работы последних десятилетий, посвящённые рассмотрению таких проявлений массового сознания, как общественное мнение, массовые настроения, действия масс. В этих работах заслуживают внимания положения об иррациональных моментах в проявлении массового сознания, склонность функционировать на уровне посознания, что создаёт возможность направленного внешнего воздействия, манипулирования массовым сознанием, общественным настроением и находит подтверждение в действительности8.

Несмотря на объём литературы, проблема всё ещё находится в начальной стадии изучения, но этот вывод имеет и своё положительное содержание, – здесь существует широкое поле деятельности для дальнейших исследований.

 

ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ РАБОТЫ

Основная цель данной работы– раскрыть сущность феномена негативной политической манипуляции массами, массовым сознанием, массовым поведением; выделить черты и характеристики массовой психологии, позволяющие манипулировать сознанием и поведением масс в политике .

В соответствии с обозначенными целями задачами работы являются:

– уточнить понятия «манипуляция», «политическая манипуляция», «масса»;

– выделить основные характеристики массовой психологии;

– проанализировать специфику проявлений феномена манипуляции массами в политике;

– рассмотреть различные способы и методы воздействия на массовое сознание и поведение (в частности на этапе «перестройки» в России);

– сделать выводы.

ГЛАВА 1. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ ПРОБЛЕМЫ

Понятие «массовая коммуникация», которое содержит широкое поле манипулятивых возможностей, активно вошло в язык ХХ столетия. Связано это с осмыслением особенностей поведения в рамках такого специфического вида социальной общности как «масса», и с техногенным фактором: появлением принципиально новых средств передачи информации.

Многие поколения наших предков пользовались единственным средством накопления, хранения и передачи информации – устным словом. С появлением бумаги, типографии, а затем типографской машины (1847 г.) распространение печатного слова приобретает массовый характер. Появляются телефон, телеграф, радио…

Вряд ли какой-либо информационный феномен за короткий срок оказал столь огромное влияние на жизнь общества, как телевидение. Секрет такого быстрого распространения этого средства информации заключается в следующем: во-первых, телепередачи наиболее просты для восприятия; во-вторых, они создают эффект личного присутствия при событии; в-третьих, по мнению психологов, до 40% всей чувственной информации об окружающем мире, о себе ХХ век подхватил эстафету: беспроволочный телеграф, чёрно-белое, цветное, кабельное и спутниковое телевидение и т.д. – всё это дало человечеству двадцатое столетие, столетие массовой коммуникации.

В определённом смысле информация правит миром. Сама картина мира возникает не на пустом месте. Она складывается из множества воззрений, установок, представлений, ценностных ориентаций. Какова она будет – не в последнюю очередь зависить и от СМИ. В современном мире возрастает роль СМИ в формировании массового сознания.

Пожалуй, трудно найти аналогии в истории, чтобы какой-человек получает с помощью зрения. Зрительный ряд обычно не требует словесного или письменного описания. Информация, получаемая зрителем, носит в значительной мере целостный, образный характер, а потому и весьма доступна. Телевидение не только даёт возможность получить необходимую, текущую, событийную информацию, но и организует досуг, отдых, развлечение. Оно формирует не только вкусы, потребности населения, но и его отношение ко всем политическим проблемам.

Но, поскольку телевидение и другие средства производства массовой культуры находятся под контролем политических и экономических элит и служит их интересам, то в принципе не приходится ждать от них критического подхода к реальности. Очевидно, что они используются в качестве одного из ведущих инструментов манипулированием сознания масс.

Феномен «манипуляция»: ретроспективный анализ точек зрения

Если обратиться к истокам возникновения термина «манипуляция», становится очевидным, что он претерпел некоторые изменения в своём значении. В неметафорическом значении термин «манипуляция» обозначает сложные виды действий, выполняемых руками, требующих мастерства и сноровки. Латинский прародитель термина – manipulus – имеет два значения:

1) пригоршня, горсть (manus – рука + ple – наполнять).

2) Маленькая группа, кучка, горсточка. В этом значении данное слово обозначало, в частности, небольшой отряд воинов (около 120 человек) в римском войске.

Переходной ступенью к метафоре явилось использование термина «манипуляция» применительно к демонстрации фокусов и карточным играм, в которых ценится искусность в проведении ложных отвлекающих приёмов, сокрытии истинных действий, создании обманчивого впечатления или иллюзии. В метафорическом значении манипуляция может быть определена как «акт влияния на людей или управления ими или вещами с ловкостью… как скрытое управление или обработка»9.

Если обострить – чтобы прояснить – содержание понятия «манипуляция» в переносном значении (т.е., когда объектами действий–манипуляций являются люди), то оно означает стремление «при–ручить» другого, «прибрать к рукам», попытку превратить его в послушное орудие, марионетку. Однако не имело бы смысла называть это манипуляцией, если бы всё делалось бы явно. Плох тот кукольник, который не способен заставить зрителей забыть, что лица, действующие в пьесе,– всего лишь куклы-марионетки. Следовательно, для манипуляции в метафорическом значении важно создать иллюзию независимости адресата воздействия от постороннего влияния, самостоятельности принимаемых им решений и выполняемых действий. Немаловажны также искусность воздействия, ловкость и сноровка в проведении приёмов.

Метафорическое определение психологической манипуляции в итоге содержит три важнейших признака: метафору «прибирания к рукам», обязательное условие сохранения иллюзии самостоятельности решений и действий адресата воздействия, искусность приёмов воздействия10.

Несомненно, толкования этого термина встречаются разные. У Бессонова Б.Н.– это форма духовного воздействия скрытого господства, осуществляемая ненасильственным путём11. Волкогонов Д.А. понимает под этим термином господство над духовным состоянием, управление изменением внутреннего мира. Он считает, что манипуляция происходит путём внушения массам соответствующих стереотипов мышления, выгодных манипулятору. По мнению Волкогонова, манипуляция является одной из основ механизма психологической войны. Гудин Р. считает, что манипуляция – это скрытое применение власти вразрез с предполагаемой волей другого. У.Рикер в своём труде «Искусство политической манипуляции», пишет о таком структурировании мира, которое позволяет выигрывать посредством применения манипуляций. 12

У Д. Рудинова, манипуляция – это побуждение поведения посредством обмана или игрой на предполагаемых слабостях другого. Согласно Сагатовскому В.Н., манипулировать– это значит относится к другому как к средству, объекту, орудию13.

Известный американский учёный, профессор факультета средств массовой информации Герберт Шиллер в своих трудах характеризует манипуляцию как скрытое принуждение программирование мыслей, намерений, чувств, отношений, установок поведения.

Другой американский исследователь Э. Шостром делает выод, что манипуляцией можно назвать управление и контроль, эксплуатацию другого, использование в качестве объектов, вещей.

В 1903 году В.М. Бехтерев издал книгу «Внушение и его роль в общественной жизни». Он описал явление массового внушения под влиянием «психического заражения». У Бехтерева внушение прямо связывается с манипуляцией сознанием, поскольку представляет собой вторжение в сознание посторонней идеи без прямого и непосредственного участия в этом акте «Я» субъекта. Проанализировав эти подходы и определения, можно дать следующее, собственно психологическое определение понятия: манипуляция– это вид психического воздействия, используемый для достижения одностороннего выигрыша посредством скрытого побуждения другого к совершению определённых действий, не совпадающих с его желаниями.

Но, как известно, феномен манипуляции подвергался тщательному рассмотрению в первую очередь в политологических работах, поскольку сам этот термин в переносном своём значении первоначально стал употребляться в сфере политики, постепенно распространившись на всю проблематику, связанную с массовым сознанием.

Политические манипуляции включают в себя как межличностные, так и массовые манипуляции. В первом случае для их осуществления манипулятор прибегает к определённой технике, т. е. набору манипулятивных приёмов, работающих на межличностном уровне. Во втором случае на помощь манипулятору приходят манипулятивные технологии.

Схема 1. Виды политических манипуляций и способы их осуществления.

Межличностные манипуляции —

Политические

манипуляции

— Массовые манипуляции

(техники манипуляции)

(технологии манипуляций)

В данной работе речь пойдёт о политических манипуляциях массами, ведь если жертвами межличностных манипуляций становятся отдельные индивиды, то жертвами политической манипуляции массами– порой целые народы, так как они предполагают воздействие на очень широкий, как можно более всеобъемлющий круг людей. Воля меньшинства (а то и отдельной личности) в завуалированной форме навязывается большинству. В своей книге «Масса и власть» Э.Канетти отмечает, что природа человека вызывает у него наибольшие опасения. Суть этих опасений лежит, собственно, в основе всей его книги. Один– единственный человек, способный уничтожить добрую часть человечества – вот что страшит Канетти. Противоречие между его единственностью и тысячами и тысячами тех, кого он уничтожает, автор не в силах осмыслить, и именно это не даёт ему возможности смотреть в будущее с оптимизмом.

По мнению В.Н. Амелина технологически манипулирование массами представляет собой «воздействие на общественное мнение с помощью управленческих эффектов для достижения определённых целей коммуниката»14. Политические манипуляции могут иметь как отрицательное, так и положительное значение (например воздействие на массы для поднятия уровня политического участия, активности), но в данной работе рассматривается первое значение термина, т.к. именно в этом значении он приводит к ужасающим последствиям.

Таким образом, здесь мы рассматриваем политическую манипуляцию как скрытое воздействие на широкие массы, посредством внушения, пропаганды и т. д. (т.е. с использованием характеристик массовой психологии), имеющее своей целью заставить массы думать и действовать в интересах манипулятора, вразрез собственным интересам.

Конечно хотелось бы верить, что некогда жили «свободные люди», но подавление и угнетение большинства существовали во все времена. Достигалось это разными способами в зависимости от характера общества, уровня «искусства» угнетения и ресурсов, находившихся в руках тех, кто стоял у власти. Основной целью угнетения всегда было удержание в пользу привилегированного меньшинства как можно большей части общественного продукта и сохранение для менее удачливого большинства такой его части, которой было бы достаточно для обеспечения непрерывного трудового процесса. Дефицит, придерживаемый с помощью физического принуждения, на протяжении тысячелетий служил самым надёжным регулятором поведения людей. За последние несколько столетий наряду с развитием современной промышленности получило развитие и значительно усовершенствовалась система управления и подчинения. С появлением рынка сложились относительно свободные социальные условия, но при этом простые рабочие люди оказались полностью зависимыми от заработной платы, получаемой за далеко не всегда гарантированный труд.

Хотя подобная форма индустриализации не проникла во все уголки мира, она уже значительно изменила характер тех обществ, в которых достигла наивысшего уровня развития. В США в особенности, а кроме того, в Западной Европе и в Японии индустриальное государство развивается если не в новом направлении, то во всяком случае не так, как оно развивалось раньше. Производительность труда резко увеличилась, и выросший общественный продукт распределяется с ещё большим неравенством.

В то же время, осознав в результате потрясших её в первую треть ХХ столетия социальных катастроф свои слабости и нужды, западная промышленная система с большой неохотой допустила вмешательство в свои дела государство, которое призвано обеспечить ей относительно ровное функционирование. Получили развитие небывалые по своим размерам и могуществам правительственные бюрократии и постоянно разрастающийся слой общества, чья задача заключается в поддержании экономического (и политического ) равновесия. Система эта привела к ещё большей зависимости от техники и от тех, кто соответствующим образом подготовлен для изобретения, производства и работы с более сложным оборудованием и процессами.

После второй мировой войны американская экономика стала первой в мире экономикой, где большая часть рабочей силы была занята не в производственной сфере, а в сфере обслуживания. Число канцелярских работников, работников торговли, сферы обслуживания и административного персонала сегодня превышает число рабочих, занятых непосредственно в промышленном и сельскохозяйственном производстве. Тенденция эта продолжает усиливаться, и, по предварительным оценкам последствия её носят скорее психокультурный, чем экономический, характер15. Таким образом Г.Шиллер пытается рассказать о появлении массового человека и необходимости манипуляций как метода управления им.

Шиллер приводит точку зрения Э.Х.Карра, который рассматривал ту же сложившуюся в индустриальном обществе ситуацию с другой точки зрения. Карр надеется на такое будущее, в котором манипуляция не будет занимать такое ведущее положение. Он пишет: «Социальные обычаи и трудовые стимулы предындустриального периода нельзя возобновить. Но всё, что нам пока удалось сделать, – это уничтожить философию, обычаи и стимулы, которые в течение прошлого столетия заставляли вращаться колёса промышленности, но на смену им мы не выдвинули ничего нового. Перед нами стоит задача создания новой философии, которая будет служить стимулом и поддержкой новому социальному обычаю труда».

Возникновение масс и их влияние на политический процесс. Феномен «массы». Массовые политические манипуляции

Несомненно, ещё в период Реформации можно обнаружить множество примеров внушения массам, но только в ХХ веке, благодаря его технологическим возможностям, стало возможно широкое целенаправленное воздействие на миллионные массы. Все представители теории массового общества исходят из того, что главным агентом его становления выступают средства массовой коммуникации. Общественное мнение, эффект гласности, возможность манипулировать сознанием приобрели такую силу, с которой уже не могли не считаться.

Феномен масс и способы управления ею стали проблемой, когда массы получили возможность влиять на ход событий и на политику например, посредством голосования или восстания. Такая возможность, по мнению Лебона, явилась новшеством в истории. А Э.Канетти утверждает, что модель взаимоотношений «власть–масса» была создана в далёком прошлом, а наш век отшлифовал, довёл до совершенства то, что в иные времена существовало в зародыше16. На рубеже 19-20 вв. Г. Лебон писал: «Современная эпоха представляет собой один из таких критических моментов, когда человеческая мысль готовится к изменению. В основе этих изменений лежат два главных фактора. Первый – это разрушение религиозных, политических и социальных верований, давших начало всем элементам старой цивилизации; второй – это возникновение новых условий существования в области наук и промышленности».

По мнению К.Юнга, массовый человек и массовое психическое сознание не более чем продукт исторического развития. Если средневековая религия сформулировала цельного и уравновешенного человека, то просвящение и индустриальная революция стали причиной непрерывно увеличивающегося разрыва между сознательным и бессознательным существованием человека. Свойственный просвящению философский упор на индивидуализм, равенство и демократию – с неизбежно вытекающими из них самодовольством и анархией – породил «компенсаторное обратное движение к коллективному человеку» – возникновение социализма, коммунизма и фашизма.

Х. Ортега–и–Гассет отмечает: «Массы внезапно стали видны… Они существовали и раньше, но оставались незаметными, занимая задний план социальной сцены: теперь они вышли на авансцену, к самой рампе, на места действующих лиц. Герои исчезли, остался хор»17. Согласно Ортега-и-Гассету, тип человека масс появился в связи со скученностью, переполнением, которого ранее почти не было. И эта скученность возникла не случайно: хотя и ранее общая численность населения была почти такая же, но индивиды, составляющие толпу, существовали не в толпе, а были разбросаны по свету в одиночку или мелкими группами, они вели раздельную, уединённую жизнь. Теперь же они появились все вместе и в лучших местах, ранее доступных только избранными. То есть , в скученности больших городов выковывался новый человек. «Вырванные из родных мест, из своей почвы люди, собранные в нестабильные городские конгломераты, становились массой» и «с переходом от традиции к модернизму на рынок выбрасывается множество анонимных индивидов, социальных атомов, лишённых связи между собой». Вслед за другими исследователями, С. Московичи утверждает, что вплоть до современной эпохи, массы не нуждались в специальной науке, т.к. не представляли собой особой проблемы. Но в результате упорной и ожесточённой борьбы массы, кажется, повсюду одержали поразительную и бесповоротную победу. Именно они ставят новые вопросы и вынуждают изобретать новые ответы, поскольку их сила является реальностью, с которой отныне нужно считаться18.

Исследователи отмечают, что в период между двумя мировыми войнами самой важной и вызывающей беспокойство чертой эволюции политического мышления становится появление новой власти: власти мифического мышления, которое свойственно массовой психологии.

Важнейшими составными частями и одновременно катализаторами, усиливающими процесс массовизации, стали специфические формы массовой культуры, стандарты духовной жизни, связанные с возникновением и функционированием в обществе различных видов массовой информации. В частности многие исследователи указывали на роль телевидения. Г.Маркузе, например, отмечает в своих работах, что массовое потребление телевизионной информации, когда глаза воспринимают хаотический набор, светящихся на экране точек, приводит к формированию нового типа массового сознания. Возникает импульсивно– реагирующая психика. Следствием этого являются процессы, происходящие на досознательном, во многом неосознанном уровне. Такая психика порождает хаотичное поведение, свойственное массам. Общие выводы большинства исследователей процессов массовизации жизни современного общества сводятся к следующему:

Во-первых, массовое промышленное производство на основе достижений научно-технической революции породило особый динамизм жизни, выразившийся, среди прочего, в стремительном росте потребностей людей. Едва ли возможно в предыдущей истории обнаружить ситуации, когда потребности и притязания каждого нового поколения столь разительно отличались бы от предыдущего. Это проявляется как в материальной, так и в духовной, и в политической сферах.

Во-вторых, возросли не только потребности, но и возможности их удовлетворения. Динамизм жизни, углубление интеграционных процессов, реальная транспортная и информационная нивелировка расстояний породили не только новые требования, но и ощущение лёгкости их достижения. Современный мир не только располагает значительными богатствами, порождая всё новые потребности. Одновременно, жизнь как бы внушает людям определённую уверенность в том, что завтра мир будет ещё богаче, а удовлетворение потребностей ещё реальнее.

В-третьих, вырастает массовая готовность к активным действиям. Здесь необходимо подчеркнуть провоцирующее влияние средств массовой коммуникации, рекламы, политической агитации и пропаганды, ставящих целью прямую стимуляцию непосредственной поведенческой активности. Эти средства стремятся вызвать непосредственную массовую реакцию в виде конкретных действий, акций, или, наоборот, в виде пассивного одобрения.

Наконец, в-четвёртых, в качестве следствия вышесказанного возникает следующий пункт: определяющим в поведении масс становятся не устоявшиеся, осознанные позиции, а быстро увлекающие настроенческие факторы, протекающие из изменений условий производства и жизни, характера потребностей и возможностей их удовлетворения, а также общего, возрастающего динамизма жизни.

Итак, широкая массовизация – особенность политического развития ХХ в. Она распространяется на все сферы жизни: материальное и нематериальное производство, досуг, общение, политику. Массовизация в социально-политической сфере общества привела к существенному увеличению количества людей, участвующих в различных политических акциях, изменился состав их общностей, усложнились и расширились политические отношения людей. В зарубежных и российских исследованиях, посвящённых анализу этого феномена, толкование понятия «массы» делается под различными углами зрения.

Г. Лебон– автор одной из первой концепции массового общества отождествлял массу с толпой, где индивиды утрачивают чувство ответственности. Толпа не рассуждает, а повинуется страстям. Становясь частью толпы, люди опускаются вниз по лестнице цивилизации. Согласно Лебону, главная черта ХХ века – это замена сознательной деятельности индивидуума бессознательной деятельностью толпы. Он отмечал, что основной характерной чертой масс является слияние индивидов в единые разум и чувство, которые затушёвывают личностные различия и снижают интеллектуальные способности. Каждый стремится походить на ближнего, с которым он общается. При этом всё равно, каков бы ни был социальный класс, образование и культура участвующих: «с того самого момента, когда люди оказываются в толпе, невежда и учёный становятся одинаково неспособными соображать»19. Для Лебона масса является почти исключительной противоположностью личности.

Другой основатель концепции массового общества – Тард, утверждал, что толпа легковерна и бездумна, она слишком склонна «подчиняться побуждениям зависти и ненависти»20.

Ю.В. Ирхин выделяет следующие типичные признаки человека как части массы:

1. Тенденция к обезличенности. Индивидуальная манера социально-политического поведения отступает под натиском общих страстей и вытесняется импульсивными реакциями.

2. Преобладание чувственного над сознательным. Разум в той или иной мере «захлёстывается» чувствами и «обволакивается» инстинктами.

3. Снижается интеллект, понижается уровень политических и моральных ценностей. Политическое сознание массы ниже уровня политической сознательности составляющих её индивидов. Желающие заслужить признание в массе должны ориентироваться на нижние уровни политической сознательности, примитивные стереотипы.

4. Резко снижается уровень ответственности. Индивид скандирует те политические лозунги и предпринимает те действия, которые он, пожалуй, не совершил бы в уравновешенном состоянии21.

Французский исследователь Серж Московичи пишет, что, «растворившись в массе индивиды утрачивают свои личные интересы, чтобы подчиниться общим желаниям, точнее тем, которые как общие преподносят им вожди». Он отмечает, что характерной чертой массового человека является отсутствие критичности и способности принимать правильное решение. «Единственный язык, который они понимают, – это язык, минующий разум и обращённый к чувству», – тонко подмечает Московичи, – «Человек– индивид и человек– масса – это две разные вещи, как достояние в один франк и в миллион: индивида убеждают, массе внушают»22.

Г. Блуммер отмечает, что поведение массы не определяется никаким предустановленным правилом и является спонтанным. «В массе индивиды отделены друг от друга и неизвестны друг другу. Этот факт означает, что индивид в массе действует, откликаясь на тот объект, который привлёк его внимание, и на основании пробуждённых им порывов». Отсюда и возникает проблема манипуляции массовым сознанием и массовым поведением.

Зигмунд Фрейд, анализируя и обобщая взгляды Лебона, делает следующие выводы:

– Масса импульсивна, изменчива и возбудима. Ею почти исключительно руководит бессознательное.

– Масса легковерна и чрезвычайно легко поддаётся влиянию, она некритична, неправдоподобного для неё не существует. Она думает образами и не знает ни сомнений, ни неуверенности.

– Она склонна ко всем крайностям, и тот, кто хочет на неё влиять, не нуждается в логической проверке своей аргументации.

– Массы никогда не знали жажды истины. Они требуют иллюзий, без которых они не могут жить.

Отмечая, что всё происходящее в обществе определяется поведением масс, В.Райх вслед за другими авторами делает вывод, что массовое сознание наполнено иллюзиями. «В самой человеческой массе действует страшная, реакционная, тормозящая развитие сила… Она проявляется как страх перед ответственностью и страх перед свободой»23.

Политические манипуляции массами представляют собой средство достижения определённых целей неким политическим субъектом. А целью деятельности любого политического субъекта является приход к власти. Придя к власти, субъект политического процесса стремится эту власть реализовать и сохранить, поскольку всегда есть много желающих её отнять. Таким образом, вырисовываются три основные цели, которые преследуют политические лидеры: приход к власти, её реализация и её сохранение.

Резюме к главе 1.

Массы играют значительную, порой определяющую роль в современном политическом процессе. Массовое сознание, которое идёт вразрез с рациональным сознанием индивида, наделено особенностями, позволяющими легко управлять массами, в частности, посредством манипулятивного воздействия. Политические взгляды и действия масс часто не укладываются в рамки логики и заставляют нас верить в справедливость тезисов о примате веры над разумом и подсознания над сознанием. Это происходит видимо потому, что политика для абсолютного большинства граждан – это неизвестная область с неведомыми правилами и традициями. Поэтому политическое сознание масс не может формироваться в практической деятельности людей и всегда будет существовать в виде коллективных представлений, в происхождении которых доминирующую роль играет не собственный опыт, а воздействие извне. С психологической точки зрения политическое сознание масс представляет собой такую форму мышления, которая резко отличается от доминирующего в современной культуре логического мышления. Разные исследователи называли это мышление по-разному – первобытное, мистическое, эмоциональное, подсознательное и т.д. Это мышление ориентировано не на объективную, а на мистическую или мифологическую причинно-следственную связь. Так называемая «психологическая толпа» – масса объединяемая не общим пространством, а посредством, например, средств массовой информации является объектом политических манипуляций, подразумевающих навязывание своей воли в форме скрытого воздействия. Исследователи отмечают, что «жертва манипуляций, как правило, не осознаёт самого факта оказанного на неё влияния. Такой эффект достигается благодаря воздействию на подсознание объекта манипуляций»24. Из вышесказанного очевидно, что управлять массами несомненно проще чем отдельными индивидами, благодаря особенностям массового сознания. Один из величайших манипуляторов ХХ века А.Гитлер говорил: «Я размешиваю народ и не общаюсь с ним, пока он не превратится в массу»25.

Итак, массы выходят на политическую арену в качестве одного из главных действующих лиц. Возникает необходимость управлять ими, и если в тоталитарном режиме используется террор ( он может быть и чисто моральным) и страх, физическое истребление (и не только как инструмент уничтожения и запугивания, но и как нормальный инструмент управления массами)26, то в демократических режимах заменой этому является манипуляция как способ управления массами.

Единственным видом манипуляции, с которой мы сталкиваемся при тоталитарном режиме является пропаганда.

ГЛАВА 2. ПОЛИТИКО – ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ МЕТОДЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ НА ПОВЕДЕНЧЕСКИЕ СТЕРЕОТИПЫ МАСС

Теперь можно перейти к рассмотрению собственно технологий воздействия на массовое сознание, которое находит своё отражение в поведении масс в политике. Как уже отмечено выше, покорить толпу легче, чем отдельного индивида. Люди становятся более внушаемы, когда они образуют толпу, массу. Сегодня речь идёт преимущественно о «психологической толпе», в которую объединяются «читатели газет, аудитория радио, члены какой– либо партии, даже если физически они не находятся вместе»27.

Технология политической манипуляции «предполагает следующие моменты:

1. Внедрение в сознание под видом объективной информации неявного, но желательного для определённых групп содержания.

2. Воздействовать на болевые точки общественного сознания, возбуждающие страх, тревогу, ненависть и т. д.

3. Реализацию неких замыслов и скрываемых целей, достижение которых коммуникат связывает с поддержкой общественным мнением своей позиции»28.

Для укоренения социальных мифов технология манипулирования предполагает использование богатейшего арсенала конкретных методов и стратегий воздействия на сознание масс. К ним относятся не только прямая подтасовка фактов, замалчивание неугодной информации, распространение лжи и клеветы, но и более тонкие, рафинированные способы: полуправда (чтобы обеспечить доверие), наклеивание ярлыков и др.

Политическая пропаганда

Стратегии политической пропаганды предназначены для превращения индивидов в толпу и вовлечения их в определённую деятельность. Пропаганда предполагает наличие массовой аудитории, прочно ориентированной на определённые стереотипы, и преодолеть критический настрой аудитории можно посредством смены стереотипов. С.Московичи выделяет такие стратегии пропаганды как: убеждение, утверждение, повторение и т.д. Эти стратегии имеют результатом коллективное внушение29.

«Убедить кого–либо – не значит доказать ему справедливость своих доводов, но заставить действовать в соответствии с этими доводами»,– пишет Московичи, поддерживая точку зрения Лебона30.

Коммунисты делают различие между пропагандой и агитацией. В основе этого убеждения лежит мысль Плеханова, который писал, что «пропагандист представляет множество идей одному или нескольким, а агитатор представляет только одну или несколько идей, но представляет их массе людей»31.

J. A. C. Brown пишет, что следуя этому убеждению можно сделать вывод: пропагандист, представляя идею, использует научные термины, обосновывает и доказывает свою теорию, основываясь на разумные, логические доводы; а агитатор выбирает некоторые легко постигаемые эмоциональные факты и с их помощью работает над чувствами масс. Исследователь отмечает, что массы людей, имеющие фрустрацию испытывают недостаток жертвовать собой идее, поэтому они не отвечают на обещания простой победы, но откликаются, зная, что их ждёт «кровь, пот и слёзы»32.

Автор считает необходимым изучение коммунизма как образца управления умами пропагандой (Браун не соглашается с определением Плеханова по поводу пропаганды) и физической силой. Одним из самых мощных орудий пропаганды в коммунистической России, по его мнению, была отрицательная форма цензуры, которая не допускала свободного массового доступа к информации относительно происходящего за «железным занавесом».

Согласно определению Г. Блуммера, «пропаганда может пониматься как умышленно спровоцированная и направляемая кампания с целью заставить людей принять точку зрения, настроение или ценность, и её особенность состоит в том, что стремясь достичь эту цель, она не предоставляет беспристрастного обсуждения противоположных взглядов. Цель доминирует, а средства подчинены этой цели»33.

Он отмечает, что первичной характеристикой пропаганды является попытка добиться принятия какой-то точки зрения не на основе её достоинств, а апелляцией к каким-то иным мотивам. Именно эта черта делает пропаганду подозрительной. В сфере общественной дискуссии и общественного обсуждения пропаганда функционирует с целью формирования мнений и суждений не на основе достоинств данного предмета, а главным образом играя на эмоциональных установках и чувствах. Её цель – навязать некую установку или ценность, которая начинает восприниматься людьми как нечто естественное, истинное и подлинное и, таким образом, как нечто такое, что выражается спонтанно и без принуждения34.

Здесь важно осознать, что пропаганда стремится вызвать скорее коллективное, чем индивидуальное действие ( т. е. Блуммер, в отличие от Плеханова, понимает пропаганду как средство влияния на массы). В этом смысле автор её следует отличать от рекламы, так как реклама старается влиять на индивидуальное действие. (Такой же точки зрения придерживается и Джеймс Браун в своей книге «Техники убеждений. От пропаганды к промыванию мозгов» ).

В пропаганде, напротив, налицо попытка создать некое убеждение и добиться действия в соответствии с ним. Те, кто разделяет какое-либо убеждение, более расположены действовать сообща и оказывать друг другу поддержку. С этой точки зрения всякий, кто проповедует какое-либо учение или стремится распространить какую– либо веру, является пропагандистом, т. к. его главной целью является не обсуждение достоинств, а насаждение убеждения. Ясно, что пропаганда, обладая таким характером, действует для того, чтобы положить конец дискуссии и рассуждению35.

По мнению многих исследователей, имеется ряд правил, которые обычно применяются в пропаганде. Во-первых, конечно же, чтобы привлечь желаемую точку зрения или установку, необходимо привлечь к ним внимание людей. Во-вторых, объект, на который желательно обратить интерес, должен быть преподнесён в благоприятном и привлекательном свете, как, например, в рекламе. В-третьих, образы, используемые для влияния на людей, должны быть простыми и отточенными. В– четвёртых, необходимо постоянное повторение лозунгов, призывов или представляемых образов. В-пятых, лучше всего не спорить, а просто твердить одно и то же вновь и вновь. Такая простая техника считается особенно эффективной применительно к большей массе людей, так как учитывает и использует закономерности массовой психологии.

Можно выделить три основных способа, которыми пропаганда, как правило, достигает своей цели:

1. Простая подтасовка фактов и предоставление ложной информации. Так как суждения и мнения людей формируются теми данными, которые им доступны, то, очевидно, что пропагандист , манипулируя фактами, скрывая одни и искажая другие, может максимально способствовать формированию какой– то определённой установки.

2. Использование модели «внутри группы / вне группы». Так как каждая из групп стремится воспитать установки преданности и альтруизма у своих членов и вселить в них резкие чувства ненависти и вражды к чужакам, то манипулятор, с помощью пропаганды, должен стремится заставить людей отождествить его взгляды с их внутригрупповыми настроениями, а противоположные взгляды – с их внегрупповыми установками.

3. Использование эмоциональных установок и предрассудков, которыми люди уже обладают.

Пропаганда при диктаторских режимах в состоянии чёрное представить белым, а белое – чёрным., поскольку контпропаганда или объективная информация совершенно недопустимы36. Однако в демократическом обществе дело обстоит несколько иначе. Здесь имеет место пример взаимной нейтрализации различных пропагандистических идей (хотя это и редкое явление). Но пропаганда совсем не является эффективной без наличия монополизации. Это заставляет сделать следующие выводы:

1. Можно провести различие между позитивной и негативной пропагандой, где первая осуществляется в интересах тех, кому адресована, а не ограничивается кругом заинтересованных лиц, и не преследует манипулятивных целей; а вторая создаёт иллюзорную реальность, пользуясь низкой критичностью внушаемостью масс с целью манипулирования ими в интересах узкой группы лиц.

2. Исходя из определения пропаганды, данного Блуммером и из вышесказанного – пропаганда в демократических режимах, в принципе, должна быть позитивной, но даже и в негативной форме, она не будет эффективной, т.к. уже в определении, данного режима заключён плюрализм, и невозможно существование единой прпагандистической идеи, обладающей монополией.

Очевидно, что в данном случае нас не интересует позитивная пропаганда, так как она не преследует манипулятивных целей, поэтому существует возможность сделать вывод о том, что пропаганда (как одно из средств политической манипуляции) – особенность диктаторских режимов.

Некоторые исследователи вообще не признают наличие каких-либо манипуляций массами в диктаторских тоталитарных режимах, отмечая только наличие террора и страха, а также физического истребления. Как указывает Фрейре, правители прибегают к манипуляции только тогда, «когда народ начинает выбиваться из исторического процесса. До пробуждения народа нет манипуляции (строго говоря), а есть тотальное подавление. Пока угнетённые полностью задавлены действительностью, нет необходимости манипулировать ими»37.

Признавая наличие рационального зерна в этой точке зрения, всё же трудно согласится с ней полностью, и наверное, точнее будет отметить, что наряду с террором и т.п. в тоталитарных государствах применялась пропаганда как основное средство манипуляций массами (речь постоянно идёт о её негативной форме).

Другое дело в том, что демократические режимы имеют в наличии множество примеров и возможностей манипулирования. И, в принципе, имеют в наличии необходимость применять манипуляции для управления массовым сознанием и поведением.

По поводу манипуляций в демократическом обществе горькое замечание сделал известный немецкий философ Ф.А. Хаейк: «Одно из печальнейших зрелищ нашей эпохи – массовое демократическое движение, выступающее за политику, которая неизбежно ведёт к уничтожению демократии, и в то же время может быть выгодна лишь меньшенству среди поддерживающих эту политику»38.

Свободное развитие требует жёсткого избавления от иллюзий, которыми наполнено массовое сознание. И если «диктаторы заявляют, что человеческие массы неполноценны биологически, одержимы жаждой авторитета, т.е., в принципе, по своей природе являются рабами, и потому ни о чём другом, кроме тоталитарно-диктаторского режима, не может быть и речи», то «с другой стороны формально-демократические лидеры иллюзиорно полагали, что способность человеческой массы к свободе – это данность, и пока они были у власти, они использовали любую возможность, чтобы насадить в человеческой массе способность к свободе и ответственность за себя»39. Все манипуляторы строят свою власть на общественной безответственности человеческой массы.

Другие способы манипуляции массами посредством СМИ

Использование СМИ в целях политического манипулирования представляет наибольшую опасность для граждан и демократического государственного устройства. Оно представляет собой скрытое управление политическим сознанием и поведением «психологической толпы» с целью принудить её действовать (или бездействовать) вопреки собственным интересам. Манипулирование основано на лжи и обмане. Причём это не «ложь во спасение», а корыстные действия. Манипулирование имеет тенденцию стать главной функцией СМИ40. Оно имеет ряд преимуществ по сравнению с силовыми и экономическими методами господства:

1. Осуществляется незаметно для управляемых.

2. Не влечёт за собой прямых жертв и крови.

3. Не требует больших материальных затрат, которые необходимы для подкупа или успокоения многочисленных политических противников.

Открытия в области психологии и социологии позволили проникнуть в самые сокровенные тайны человеческой психики. В эпоху бурного развития средств массовой коммуникации эти открытия легли в основу манипулятивных технологий. Вовсю заработал конвейер, производящий штампы (стереотипы) для массового употребления.

Манипулятор неизбежно сталкивается с проблемой восприятия своего сообщения аудиторией, которая обладает неким набором стереотипов. Он может внедрить своё сообщение несколькими путями:

1. Используя уже существующие стереотипы путём их усиления.

2. Незначительно скорректировав существующие стереотипы путём смещения акцентов в сообщении.

3. Изменив, точнее заместив существующие стереотипы другими. Замещающие стереотипы должны быть более эмоционально окрашенными, жёсткими, побуждающими к активным действиям.

Л.Войтасик выделяет две причины возникновения стереотипов:

1. Склонность людей к упрощённому мышлению.

2. Стремление выразить абстрактные понятия в конкретных образах.

«Из описанных двух источников возникают стереотипы, которые выступают как условные «ярлыки», наклеиваемые на людей и явления. Они глубоко затрагивают весь процесс восприятия. Стереотипы также участвуют в создании устойчивых взглядов, определяющих ложное отношение к некоторым идеям, людям и предметам»41. Другими словами, стереотипы искажают реальность, создавая некую псевдореальность. Технологи получают возможность искусственно конструировать реальность, создавая и внедряя в массовое сознание стереотипы, вернее, системы стереотипов.

Стереотипы сужают выбор, а зачастую и вовсе его не оставляют.

Таким образом, стереотип – это «распространённые с помощью языка или образа устойчивые представления о фактах действительности, приводящие к весьма упрощённым и преувеличенным оценкам и суждениям» 42.

В нестабильной политической системе, например в современной России, манипуляции общественным мнением более распространены.

Современные манипуляторы умело используют закономерности массовой психологии. Так один из широко распространённых и внешне безобидных манипуляционных приёмов, называемый «спираль умолчания», который часто используют СМИ, состоит в том, чтобы с помощью ссылок на сфабрикованные опросы общественного мнения или другие факты убедить массы в поддержке большинством общества угодной манипуляторам политической позиции, в её победе. Это заставляет людей, придерживающихся иных взглядов, из опасения оказаться в социально-психологической изоляции или каких-то санкций умалчивать о своём мнении или изменять его. В результате «спираль умолчания» закручивается, обеспечивая победу манипуляторам43.

Манипулятивная деятельность СМИ превращает выбор граждан из свободного сознательного решения в формальный акт, заранее запрограммированный специалистами по формированию массового сознания.

Фундамент всей иллюзиорной картины мира, создаваемой манипуляторами, составляют мифы. По мнению американского профессора Г. Шиллера, главными идеями, утверждающими господство правящей элиты, в США выступают пять социальных мифов:

1. Об индивидуальной свободе и личном выборе граждан.

2. О нейтралитете важнейших политических институтов: конгресса, суда, президентской власти, а также СМИ.

3. О неизменной эгоистичной природе человека, его агрессивности, склонности к накопительству и потребительству.

4. Об отсутствии в обществе социальных конфликтов, эксплуатации и угнетения.

5. О плюрализме СМИ, которые в действительности, несмотря на обилие источников, контролируются крупными рекламодателями и правительством и представляют собой единую индустрию иллюзиорного сознания44.

Манипуляции сознанием избирателей с развитием СМИ превратились в «индустрию», т.е. поставлены на серьёзную технологическую, научную и финансовую базу. Избиратели зачастую становятся объектом целенаправленного воздействия с целью достижения определённых целей той или иной группой влияния. Особая роль в этом процессе принадлежит телевидению. Телевидение (для формирования отталкивающего чувства) по отношению к неугодным политикам использует непривлекательные ракрусы их показа или соответствующим образом монтирует заснятые кадры. Для скрытого внушения массам определённых политических идей оно нередко организует шумные развлекательные шоу и т.д. Значительно усиливается интерес всех ежедневных информационных передач к деятельности партий и объединений накануне выборов, к их программам. Многие события экономической, социальной, международной жизни комментируются через призму предстоящих выборов, с точки зрения их возможного влияния на настроение избирателей. Этот ажиотаж вокруг выборов и тех, кто в них участвует, является питательной средой для различного рода манипуляций. Важным инструментом предвыборной борьбы являются опросы общественного мнения и рейтинги политиков. По этому поводу П.Бурдье отметил, что в демократической политической системе «эквивалентом выражения «Бог с нами» сегодня стало «Общественное мнение с нами» Таков фундаментальный эффект опросов общественного мнения: утверждать мысль о существовании единодушного общественного мнения, т.е. легитимировать определённую политику и закрепить отношения сил, на которых она основана или которые делают её возможной45. П.Бурдье пришёл к выводу, что «зондаж общественного мнения в сегодняшнем виде – это инструмент политического действия». Соглашаясь с его точкой зрения, Г. Шиллер отмечает, что «очень важным компонентом аппарата манипулирования сознанием стало относительно недавнее социальное изобретение – опрос общественного мнения. Опрос как изучение общественного мнения весьма своеобразное изобретение. Хотя он и носит наукообразный характер, он не может быть нейтральным. Проведение опроса уже само по себе означает осуществление определённой социальной политики. Изучение мнения уже предполагает наличие определённого умысла у того, кто осуществляет опрос, и влечёт за собой в дальнейшем какое-либо действие или, что не менее важно бездействие со стороны аппарата принятия социальных решений. Более того, опрос является важной частью недавно созданной индустрии сознания. Он оказывает ощутимое влияние на создание и управление установками. Изучение общественного мнения проводится в небывалых масштабах и финансовые затраты на управление общественным мнением огромны46.

По мнению французского социолога Патрика Шампаня, «демократии сегодня угрожает не столько тоталитаризм, которым пугают политологи, сколько демагогия и цинизм, росту которых самым непосредственным образом способствует практика опросов… они поощряют манипулирование, которое и без того, прочно вошло в политическую логику»47.

Манипуляции сознанием с помощью СМИ, применение технологий «промывания мозгов» вызывает довольно острую и во многом обоснованную критику. Так, Э.Фромм, описывая проект нового общества, утверждал: «Следует запретить все методы «промывания мозгов», используемые в промышленной рекламе и политической пропаганде. Эти методы опасны…потому, что они вынуждают нас избирать тех политических деятелей, которых мы никогда не избрали бы, если бы полностью контролировали себя. Но мы далеко не полностью себя контролируем, ибо в пропаганде используются методы гипнотического воздействия на людей… Они представляют собой серьёзную угрозу психическому здоровью, особенно ясному и критическому мышлению и эмоциональной независимости»48. (Хотя ранее было сказано о пропаганде при тоталитарных режимах, это ещё не значит того, что она не применяется при демократических; просто здесь речь идёт уже о её эффективности как средства воздействия ).

Действительно, внушение достигается не содержанием информации, а формой её подачи, содержащимся в ней «эмоциональным зарядом», который позволяет снизить критичность восприятия информации, т.е. манипуляторы используют и пытаются сделать ещё глубже характерные особенности массовой психологии.

По справедливому замечанию З.Какабадзе, телевизионная информация «подразумевает широкие массы, т.е. рассчитана на средние возможности, и поэтому она способствует усреднению, массовизации и нивелировке индивидов»49.

Для того, чтобы привлечь «усреднённого индивида» (т.е. «человека-массы» ) к экрану телевизора, мало сообщить информацию. Нужно обличить её в привлекательную форму. Таким образом телевизионные новости становятся симбиозом журналистики и развлекательного шоу.

По мнению испанской журналистки П.Бонет, некоторым российским СМИ свойственно «стремление не давать фактам говорить самим за себя. Они уверены, что это они должны определять реальность и делать те или иные выводы…

В большинстве «журналистских» установочных материалов критерии неподвижны и заранее фиксированны, а факты ищут только для того, чтобы вставить их в уже выделенные концепции. Если факты не сходятся с имеющейся точкой зрения – их игнорируют»50.

При всей справедливости критики, направленной в адрес СМИ, они остаются мощнейшим каналом политической коммуникации, адекватной замены которому пока нет. По мнению М.Парети, СМИ «отбирают большую часть информации и дезинформации, которыми мы пользуемся для оценки социально-политической действительности. Наше отношение к проблемам и явлениям, даже сам подход к тому, что считать проблемой или явлением, во многом предопределены теми, кто контролирует мир коммуникаций»51. Но и при всей своей мощи они не могут быть полностью независимы даже в демократическом обществе. Исследователи выделяют четыре типа контроля над СМИ: легальный, нормативный, структурный и экономический. Для современной России характерно преимущественное использование экономических рычагов воздействия на СМИ. Борьба за контроль над СМИ в России накануне выборов становится очень острой. СМИ имеют в наличии полный манипулятивный арсенал: преднамеренное искажение реального положения вещей путём замалчивания одних фактов и выпячивания других, публикация ложных сообщений, пробуждение у аудитории негативных эмоций с помощью визуальных средств или словесных образов.

Конечно, журналист при всём желании не может быть абсолютно беспристрастным. «Такого явления, как беспристрастная информация, не существует. Все сообщения и обзоры до определённой неизбежной степени носят на себе печать выборочности и надуманности»52.

Но насколько далеко может простираться эта «надуманность»? Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо установить, каким образом создаются новости, каковы критерии отбора событий, способ подачи материала, интерпретация фактов и т.д. На этот счёт существуют различные мнения. Д.Грэбер приводит четыре модели процесса создания новостей, которые описывают основные подходы к данной проблеме: зеркальная модель, профессиональная модель, организационная и политическая. Зеркальная модель.

Подразумевает, что новости должны отражать реальность. Сторонники этой модели не создают новости, а сообщают о них. Критики этой модели справедливо заключают, что СМИ не в состоянии отразить все события, происходящие в мире. События, которые попадают в СМИ, становятся более значимыми, чем они есть на самом деле, а события, не отражённые в СМИ, словно и не существуют.

Профессиональная модель.

Сторонники этой модели представляют журналистов как опытных профессионалов, которые создают увлекательный коллаж событий, отбирая их по степени значимости, привлекательности для аудитории, соблюдая баланс с различными элементами. Основным критерием отбора служит внимание публики, поскольку СМИ экономически заинтересованы в расширении своей аудитории.

Организационная модель.

Её сторонники акцентируют своё внимание на самом процессе создания новостей: межличностные отношения в коллективе, профессиональные нормы, технические возможности, расходы, связанные с получением новостей, ориентация на прибыль, законодательные ограничения.

Политическая модель.

Базируется на том, что любые новости являются продуктом деятельности людей, имеющими определённые идеологические воззрения, а также создаются под давлением политического окружения, в котором находится организация, делающая новости. В поле зрения СМИ попадают люди, имеющие высокий статус в обществе, а остальные большей частью игнорируются. Существует два основных подхода к пониманию роли журналистики в обществе. Сторонники либерального подхода считают, что всё, что происходит интересного и важного для аудитории СМИ, должно быть отражено в новостях. Социально-ответственная журналистика подразумевает использование СМИ для поддержания основ общества и воспитания людей с целью усовершенствования их как социальных субъектов. Такого рода подход характерен для обществ, где СМИ монополизированы государством. Критики этого подхода считают, что журналисты не могут выступать арбитрами, определяющими социальные ценности в обществе, в котором существуют различные точки зрения.

Для проведения манипуляций СМИ имеют в наличии множество приёмов. Институт анализа пропаганды США, как бы подводя итоги накопленного опыта, предложил разбор «методов убеждения», а точнее, манипулирования поведением людей:

– «Определение». Идеи, личности, объекты сопрягались с характеристиками (положительными или отрицательными в зависимости от обстановки ), которые принимались бы людьми без обсуждений, Так, например, средства массовой информации рисовались как «защитники» всех без исключения – богатых и бедных, рабочих и бизнесменов.

– «Блестящая всеобщность». Описывая какие-то события, в которых необходимо получить поддержку аудитории, применялись «добродетельные слова» («коалиция чувств», «подавляющее большинство», «общественное мнение»).

– «Рекомендация». Нужное положение вкладывается в уста личности, пользующейся популярностью в определенных группах (известный журналист, адвокат, актер, проповедник и т. п.). Они обращались к аудитории, такое выражение, как «Я один из вас. Я понятый народом избранник» и т. п.

– «Подтасовка карт». Возможность и оправданность применения точного и неточного, логического и нелогического заявления во имя возбуждения интереса аудитории. Например призыв – «Одержим победу!». Создав трудность в решении какой-то проблемы, аудитории предлагают выход, для которого необходимо, чтобы «все вскочили в одну лодку», т. е. одобрили предложенный рецепт. Так аудитория оказывается пленницей манипуляций53.

По данным того же Института, список можно дополнить следующими приёмами:

– «Присвоение кличек », или «Наклеивание ярлыков».

– «Перенос» – приём, с помощью которого бесспорный авторитет какой-то личности переносится на другого человека, нуждающегося в популизации.

– «Свои ребята». С помощью этого приёма создаётся ложное ощущение близости какой-то группы.

– «Вместе со всеми», т.е. инспирация коллективных действий.

Основным материалом, с помощью которого СМИ осуществляют свои манипуляции, является информация. Информацию можно:

– Сфабриковать, выдавая её за подлинную.

– Исказить путём неполной, односторонней её подачи.

– Отредактировать, добавив различные домыслы.

– Интерпретировать факты в выгодном для манипулятора свете.

– Утаить важную информацию, какие-либо существенные детали.

– Проявлять избирательное внимание к фактам в соответствии со своей позицией.

– Сопроводить материал заголовком, не соответствующим содержанию.

– Приписать кому-либо заявлений, которых он никогда не делал.

– Опубликовать правдивую информацию, когда она потеряла свою актуальность.

– Неточное цитирование, когда приводится часть фразы или выступления, которая в отрыве от контекста приобретает другой, подчас противоположный смысл54.

Таким образом СМИ не только отражают политическую реальность, но и участвуют в её формировании и даже в создании новой реальности. Одним из средств выражения и фиксации политической реальности является язык политики.

Язык, на котором политики общаются с избирателями, имеет свои особенности. Он является составной частью политической культуры общества. В известном смысле «язык политики можно рассматривать как естественный код политической культуры, причём код, открывающий доступ едва ли не ко всем её сферам и пластам»55. Кроме того, язык – это средство коммуникации между лидером и его избирателями. Он «действует в некотором роде как связующее звено политического общества, как инструмент поддерживания необходимого информационного уровня общества»56. И к тому же, язык, как и любое другое средство коммуникации, является мощнейшим орудием манипуляции сознанием избирателей.

Слово – важнейшее орудие, с помощью которого политики воздействуют на массы. Слово – это инструмент, позволяющий политику создавать значимые для избирателей образы, «заряжать» людей энергией, побуждать их к действиям. Действует магия удостоверенных, повторяемых слов и формулировок. Она распространяется, подобно заражению, с быстротой электрического тока и намагничивает толпы. Слова вызывают чёткие образы крови или огня, воодушевляющие или мучительные воспоминания о победах либо о поражениях, сильные чувства ненависти или любви»57.

Язык может служить как для сплочения людей, так и для их разобщения. Это обстоятельство используется в политике самым активным образом.

«Перестройка» в массовом сознании: возможности для манипулирования в переходное время

Известно, что политическую жизнь общества можно исследовать с двух методологических позиций. Первая, делающая упор на институциональном анализе, ставит во главу угла рассмотрение статичных структур и институтов власти. А также той системы отношений, в которой осуществляется нормативная деятельность субъектов политики. Вторая, опирающаяся на анализ процессуальный, видит центр изучения в динамике политических процессов, определяемых обычно спонтанной активностью широких масс и пронизанных «свободным полётом их политических настроений».

Первая точка зрения наиболее адекватна при изучении стабильных социально-политических систем. Вторая – при исследовании лабильных, быстро меняющихся ситуаций с размытым влиянием институтов власти и, напротив, с доминирующим влиянием трудно управляемой политической самодеятельности масс. Именно здесь власть испытывает необходимость в применении манипулятивных технологий для конструирования массового поведения. Ситуации такого рода обычно определяются понятием переходного времени. Совершенно очевидно, что ситуацию в России в 80-е годы (время перестройки ) с полной уверенностью можно назвать переходным временем в российской политической истории. В это время «совокупность ценностных социально-политических представлений, характеризуюших в значительной мере массовое сознание», представляло собой «сложное и весьма противоречивое образование»58.

Социологические исследования начала 90-х гг. свидетельствуют, что «переходное состояние советского общества с его обострившимися проблемами и усилившейся нестабильностью» отразилось на массовом сознании: выделилась тенденция к поляризации массового сознания59. Но, следует отметить, что из-за динамизма происходящего в то время в стране процессов и вспышек массовых настроений любая тенденция могла достаточно быстро смениться на диаметрально противоположную. По мнению Д.Ольшанского, если оценивать в масштабах общества, то движущие силы первых лет перестройки нельзя было назвать собственно массовыми. Большая часть населения заняла, скорее, выжидательную позицию: вроде бы сочувствуя идеям и лозунгам перестройки. Недостаточно политизированные массы считали необходимым получить реальные подтверждения социальной и экономической эффективности начатых преобразований. Так возникла своеобразная шкала социальной активности: на одном полисе разместился не очень многочисленный и достаточно разнообразный по взглядам авангард перестройки, на другом его оппоненты, а пространство между полюсами занимает основная масса членов общества. Среди этих масс ищет своё место высшее руководство, которое явственно понимает необходимость в получении массовой поддержки. Здесь проявляется значимость роли масс в политическом процессе60. Но, вместо того, чтобы предсказывать массовые настроения и действия, политическая верхушка, вооружившись знаниями об особенностях массовой психологии и массового сознания, стала конструировать их, используя различные манипулятивные технологии. По мнению социологов, занимающихся изучением изменений в массовом сознании, в эти годы основными характеристиками состояния массового сознания были его неустойчивость и маргинальность, что давало возможность и левым, и правым раздувать популистские настроения, манипулировать массовым сознанием. Существует мнение, что население государств, освобождающихся от оков тоталитаризма, имеет высокую внушаемость. Объяснить это можно, если встать на точку зрения К.Юнга, который считал, что «сознательная личность есть более или менее произвольно выбранный фрагмент коллективной психики». По его мнению, «крушение сознательной установки – серьёзное дело. Это всегда гибель мира в миниатюре, в результате чего всё возвращается в начальный хаос… В действительности же падаешь обратно в коллективное бессознательное, которое отныне берёт руководство на себя»61. Так называемая «перестройка», сокрушив советскую мифологию, сознательные установки граждан, инициировала, вопреки замыслам её «архитекторов», «падение» общества в бессознательное. Плотина сознания была сметена с пути, общество стало, как тогда выражались «слишком политизированным» и восприимчивым к популистским заявлениям «новых» лидеров-демократов.

Интерес к политике, политизированность общества возникли не в последнюю очередь благодаря СМИ. Политики и люди разных профессий, вовлечённые в политику, были представлены крупным планом в прямом эфире. Такого ещё наша страна не знала.

Очень любопытное замечание, ярко стилизующее затронутые отношения СМИ и политической жизни, принадлежит известному американскому кинорежиссёру Стивену Спилбергу: «Я убеждён, что коммунизм был убит телевидением».

Используя самые крайние выражения, можно сказать, что за господство над человеком борются два типа власти: принуждение и манипуляция сознанием. Они, конечно, иногда сотрудничают между собой, но уживаются с трудом, так что общества разделяются на два вида – в зависимости от того, какой тип власти берёт верх.

Как правило, власть, основанная на принуждении, не обладает необходимыми для манипуляции знаниями, типом мышления и технологиями. Тиран повелевает, а не манипулирует. Манипуляция сознанием только тогда эффективна, когда человек уверен, что выбирает свою линию поведения свободно. Ведь цель манипуляции – внедрить желания, побуждающие человека действовать исходя не из своих реальных интересов, а из интересов манипулятора, манипуляция всегда скрытна и её обязательным прикрытием является миф свободы. Следовательно, когда началась «перестройка», массы были лишены иммунитета против технологий манипуляций.

По многим признакам манипуляция массовым сознанием напоминает войну небольшой, хорошо организованной и вооружённой армии против огромных масс, не подготовленных к этой войне.

История «перестройки» – это история манипуляций советскими людьми. Советский человек, не привыкший публично отстаивать своё мнение, оказался лёгкой добычей для всякого рода манипуляций. На людей, привыкших к скупой, выхолощенной, дозированной информации, обрушились потоки сенсаций, разоблачений, признаний, покаяний и т.д. Людям, годами подавлявшим своё собственное «Я», легко было навязать любое суждение.

Возможности для манипулирования людьми расширяются благодаря тому, что современный потребитель информации буквально «тонет» в изобилии фактов, мнений, оценок. Существует даже термин «многослойный человек». У такого человека возникает полная мешанина понятий и нет никакой взаимосвязи событий. Единственный система, в которую он способен подставлять отдельные факты, – это система стереотипов, уже сложившихся у него в голове. В условиях радикальных преобразований происходит широкомасштабная ломка стереотипов поведения. Нарушается механизм устоявшихся форм воздействия и у человека появляется состояние фрустрации, в этом состоянии он легко поддаётся манипуляциям. Одна из черт кризисного периода – насыщенность мифами. Мифологизированное сознание (которое, кстати, является одной из особенностей массовой психологии) склонно к стереотипизации поведения человека, шаблонному восприятию окружающей действительности. Основной принцип, которым руководствуются люди в такие периоды, это быть «как все» (ещё один признак «человека-массы»).

Таким образом, можно сделать вывод, что в переходное время обостряются особенности массовой психологии, которые позволяют политическому руководству (лидерам партий и движений и т.д.) с лёгкостью манипулировать народом, превращая его в послушную управляемую массу.

По этому поводу Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн с горечью заявил: «Все идеи демократии замешаны на лжи. «Перестройка» для того и была задумана, чтобы заменить исчерпавшую свои разрушительные силы интернационально-коммунистическую доктрину на новую – интернационально-демократическую, которая довершит разрушение исторической России. Всеобщее избирательное право как политическая основа демократии является аморальным и разрушительным, ибо развивает политический цинизм до невероятных размеров, делает народ объектом бесчестных манипуляций».

Резюме к главе 2

В тоталитарном государстве контроль за СМИ упрощён тем, что государство владеет и управляет всеми СМИ и контролирует их продукцию. Эти государства ограничивают доступ иностранных СМИ путём глушения радиосигналов и запрещения импорта иностранных газет.

Политическая пропаганда, как правило, не осуществляется в интересах лишь одного человека. Она отражает мировоззрение правящего в обществе класса, партии и т.д. Цель манипулятивной, негативной пропаганды – нивелировать личность, превратить аудиторию в послушную, управляемую массу. Задача пропаганды – перевести слова в действия. В демократическом обществе в руках СМИ находится довольно широкий арсенал манипулятивных средств. Характер применения манипулятивных приёмов зависит от понимания функций СМИ в обществе. В определённом смысле, СМИ отражают особенности общественного устройства той или иной страны, уровень политической культуры общества. В демократических странах СМИ подвержены не только нормативному контролю общества, но и сильно зависимы от рынка. Телекомпании гонятся за высокими рейтингами, чтобы заполучить рекламодателей. При этом создаётся впечатление, что граждане демократий нуждаются лишь в новостях, которые могут доставить им удовлетворение, в новостях, которые они смотрят из тех же побуждений, что и комедии положений. Но это означает, что зрителей рассматривают не как граждан демократического общества, а как потребителей, настроенных на развлечение и лесть. Но если новости создаются для того, чтобы взять на крючок и удовлетворить по возможности большую аудиторию, то новости превращаются из диалога о демократии в развлекательный разговор. Одним из средств манипулирования массами является язык политики. Отдельное внимание следует уделить манипулятивным терминам, или «ярлыкам», которые очень широко применяются в пропагандистской практике.

Своё наиболее широкое применение в демократическом обществе манипуляции находят в избирательном процессе, в ходе предвыборной борьбы, делая выбор граждан далёким от самостоятельного. Для манипуляций используются характерные особенности «человека-массы», которые делают его лёгкой добычей манипуляторов. Но манипуляции используются не только в целях прихода к власти, но и как средство её реализации, и сохранения. Характер политических манипуляций при осуществлении власти зависит от особенностей политической системы страны.

Возможности СМИ в разных странах используются по-разному. В особенности это видно при сравнении демократических обществ западного типа и тоталитарных или авторитарных режимов.

Конечной целью манипуляций с помощью СМИ является создание и поддержка определённой политической мифологии. Политическая мифология существует и в демократическом, и в тоталитарном государстве, являясь неотъемлемой частью политической системы. Любая власть нуждается в легитимности и символах её олицетворяющих. Но «производство» мифов в демократическом и тоталитарном государстве организовано по-разному: в первом случае мифы создаются в условиях переизбытка информации и плюрализма мнений, во втором случае условием создания мифа является искусственное ограничение информационного поля.

Современные манипуляторы используют множество средств, способов и приёмов манипуляции массовым поведением в политике.

Общество должно отдавать себе отчёт в потенциальной возможности манипулирования общественным сознанием и поведением с помощью различных приёмов, используемых СМИ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Возможности управления массами, путём воздействия на массовые политические настроения лежат в двух плоскостях. С одной стороны, пропагандистски-идеологическое влияние, целью которого является манипуляция притязаниями и ожиданиями масс. С другой – воздействие социально-политическое, включая социально-экономические акции, меняющие возможности реализации притязаний и ожиданий.

Стабилизация политических настроений в социально-политической системе достигается за счёт уравновешивания притязаний и возможностей их достижения. Совпадение притязаний и возможностей их реализации обеспечивает массовый энтузиазм независимо от того, реальным или иллюзорным является совпадение.

Но никто не желает заниматься прогнозированием развития массовых политических настроений, ведь проще применить манипулятивные технологии…

В.Амелин справедливо полагает, что условиями развития демократии являются «развитая институциональная надстройка и представительское лидерство… Способность противостоять манипулированию политиков любого толка – это тот элемент гражданской политической культуры, которого так недостаёт формирующейся российской демократии». Говоря о положении дел в нашей стране, И.Дзялошинский замечает, что политическая манипуляция предполагает «обращение не к разуму человека, а к глубинам подсознания… Подобрать, исходя из предпочтений электората, мифологической персонаж для клиента и подогнать его «деяния» к соответствующим мифологическим подвигам – так понимают свою основную задачу многие политические имиджмейкеры». Однако, жертвы манипуляций, по его мнению, тоже несут свою долю ответственности, поскольку «люди позволяют собой манипулировать, сбрасывая ответственность за свои поступки на так называемых манипуляторов: я не виноват, меня зомбировали». Получается, что «средства массовой информации… всего лишь средства массового самооправдания».

В России политическая и электоральная культура ещё только формируется, как и вся политическая система. А в нестабильной политической системе, например в современной России, манипуляции общественным мнением чрезвычайно распространены.

Сегодня эта связь уже стала очевидной для многих политических и общественных деятелей России. Не случайно, наряду с критикой манипулятивных приёмов, применяемых на выборах, раздаются требования конституционной реформы в России, которая повысила бы ответственность власти перед обществом, поскольку сами по себе выборы – условие необходимое, но не достаточное для демократизации политической системы.

Существует несколько точек зрения по поводу применимости манипулятивных методов:

1.   Манипулятивные методы сами по себе нейтральны. Всё зависит от того, кто их применяет. Манипуляторов надо бить их же оружием.

2.   Манипулятивные приёмы наносят огромный вред людям и их необходимо запретить.

3.   Есть ряд приёмов, которыми нельзя пользоваться. Есть приёмы дозволительные. Существуют пограничные, сомнительные ситуации. Здесь всё зависит от нравственных качеств манипулятора.

4.   Манипулятивные приёмы следует разоблачать, выносить на обсуждение и нейтрализовывать.

Политика – не театр и не шахматы. Политика – это наша повседневная жизнь. И очень важно, особенно в наше неспокойное время, понимать всю серьёзность разыгрывающегося на наших глазах «политического спектакля» и не дать себя «ослепить» в очередной раз.

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Амелин В.Н. Социология политики– М.,1992 г.

2. Бессонов Б.Н. Идеология духовного подавления– М.,1971 г.

3. Бонет П. Зачем резать уши // Век 1997 № 15.

4. Блумер Г. Коллективное поведение // сб. Психология масс– Самара, 1997 г.

5. Власов А.И. Политические манипуляции– .,1982 г.

6. Войтасик Л. Психология политической пропаганды– М.,1981г.

7. Волкогонов Д.А. Психологическая война– М.,1983 г.

8. Гаджиев К.С. Политическая философия– М.,1999 г.

9. Доценко Е.Л. Манипуляция: психологическое определение понятия // Психологический журнал т.14 № 4 1993г.

10. Доценко Е.Л. Психологические манипуляции– М.,1996 г.

11. Иванов В.Н. Политическая психология– М.,1990 г.

12. Иванов В.Н. Новое политическое мышление // Социально-политические науки 1990 № 8.

13. Ирхин Ю.В. Психология и политика– М.,1993 г.

14. Канетти Э. Масса и власть– М.,1997 г.

15. Г. Лебон Психология народов и масс– СПб.,1898 г.

16. Массовое сознание и массовые действия– М.,1994 г.

17. Московичи С. Век толп– М.,1996 г.

18. Ольшанский Д.В. Массовые настроения в политике– М.,1995.

19. Ольшанский Д.В. Массовые настроения переходного времени // Вопросы философии 1992 № 4.

20. Ортега-и-Гассет Х. Восстание масс // Вопросы философии 1989 № 3.

21. Паренти М. Демократия для немногих– М.,1990 г.

22. Пугачёв В.П. Средства массовой информации в современном политическом процессе // Вестник МГУ Серия 12 1995 № 5.

23. Пугачёв В.П. Соловьёв А.И. Введение в политологию– М.,1999 г.

24. Райх В. Неспособность к свободе (из книги «Психология фашизма») // Дружба народов 1994 № 10.

25. Тард Г. Личность и толпа // Очерки по социальной психологии– СПб.,1909 г.

26. Фрейд З. Массовая психология и анализ «Я» // Избранное. Кн.1– М.,1990 г.

27. Хаейк Ф.А. Дорога к рабству // Новый мир 1991 № 7, № 8.

28. Цуладзе А. Политические манипуляции или покорение толпы– М.,1999 г.

29. Цуладзе А. Формирование имиджа политика– М.,1999 г.

30. Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра– М.,1997 г.

31. Шестопал Е.Б. Психология политики– М.,1989 г.

32. Шиллер Г. Манипуляторы сознанием– М., 1980 г.

33. Шостром Э. Анти-Карнеги, или человек-манипулятор– М.,1992 г.

34. Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия– М.,1995 .

35. Юнг К.Г. Психология бессознательного– М.,1996 г.

Иностранная литература.

1. Brown J.A.C. Techniques of Persuasion. From Propaganda to Brainwashing– Harmondswonth, 1963.

2. Riker W.H. The art of Political Manipulation– New Haven, 1986/

3. Махарадзе М. Письма о грузинской философии– Тбилиси,1988 г. (на грузинском языке).

 

1 Паренти М. Демократия для немногих. М.,1990 г. стр.87.

2 Бессонов Б.Н. Идеология духовного подавления. М.,1971 г., Волкогонов Д.А. Психологическая война. М.,1983 г., Шиллер Г. Манипуляторы сознанием. М.,1980 г.

3 Э.Канетти приводит сентенцию из древнего китайского мудреца Монга.

4 Московичи С. Век толп. М.,1996 г.

5 Блумер Г. Коллективное поведение // в сб. Американская социологическая мысль. М.,1994 г.

6 Шостром Э. Человек– манипулятор. Минск, 1992 г.

7 Цуладзе А. Политическое манипулирование или покорение толпы М.,1999 г.,Формирование имиджа политика в России. М.,1999 г.

8 Иванов В.Н. Политическая психология– М, 1990г.; Парыгин Б.Д. Общественное настроение // Психологический журнал– 1989– №6; Ольшанский Д.В. Психология политических настроений // Психологический журнал– 1989– №6, Социальная психология винтиков// Вопросы философии– 1989– №8, Массовые настроения в политике– М., 1995г. Грушин Б.А. Массовое сознание– М., 1987г.

9 Оксфордский словарь английского языка. Цит. по Психологический журнал т. 14 №4 1993, с.133– 134.

10 Доцеко Е.Л. Манипуляция: психологическое определение понятия //Психологический журнал т.14 №4 1993 с.134.

11 Бессонов Б.Н. Идеология духового подавления– М.,1971г.

12 Riker W.H. The art of Political Manipulation– New Haven, 1986.

13 Сагатовский В.Н. Социальное проектирование // Прикладная этика и управление нравственным воспитанием– Томск 1980г. с. 86.

14 Амелин В.Н. Указ. Соч. с.60

15 Щиллер Г. Манипуляторы сознанием– М., 1980 г. с. 158-159.

16 Канетти Э. Масса и власть– М.,1997г. с.16.

17 Ортега– и– Гассет Х. Восстание масс // Вопросы философии– 1989– №3 с. 120.

18 Московичи С. Век толп // сб. Психология масс– М.,1998г. с.416.

19 Лебон Г. Психология народов и масс– СПб.,1896г. с.170.

20 Тард Г. Личность и толпа //Очерки по социальной психологии– СПб.,1909г. с.46.

21 Ирхин Ю.В. Психология и политика– М.,1993г. с. 110.

22 Московичи С. Век толп //сб. Психология масс– М.,1998г. с.421.

23 Райх В. Неспособность к свободе // Дружба народов №10 1994 с.144-145.

24 Цуладзе А. Политические манипуляции или покорение толпы– м.,1999 с.42.

25 Там же с.125.

26 Гаджиев К.С. Заметки о тоталитарном сознании // Вестник МГУ Серия 12 №4 1993 с.27.

27 Шумпетер Й. Капитализм, социализм и демократия– М.,1995 с.341.

28 Амелин В.Н. Социология политики – М.,1992г. с.61.

29 Московичи С. Наука о массах //сб. Психология масс– Самара,1998г. с. 514.

30 Там же. с. 515.

31 Цит. по Brown J. A. C. Techniques of Persuasion. From Propaganda to Brainwashing– Harmondswonth , 1963 р. 76.

32 Brown J. A. C. Techniques of Persuasion. From Propaganda to Brainwasing– Harmondswonth,1963.

33 Блуммер Г. Коллективное поведение // сб. Психология масс– Самара,1998г. с.562.

34 Там же с.562.

35 Блуммер Г. Коллективное поведение // сб. Психология масс– Самара,1998г. с.562-563.

36 Желев Ж. Фашизм– М.,1991г. с.233.

37 Цит. по Шиллер Г. Манипуляторы сознанием– М.,1980г. с.19.

38 Хаейк Ф.А. Дорога к рабству // Новый мир № 8 с.215.

39 Райх В. Неспособность к свободе ( из книги Массовая психология фашизма) // Дружба народов №10 1994 с.144.

40 Пугачёв В.П. Средства массовой коммуникации в современном политическом процессе // Вестник МГУ Серия 12 № 5 1995 с. 12.

41 Войтасик Л. Психология политической пропаганды– М.,1981 с.120.

42 Там же с.119.

43 Пугачёв В.П., Соловьёв А.И. Введение в политологию М.,1999г. с.360

44 Шиллер Г. Манипуляторы сознанием– М.,1980г. с.25-40.

45 Бурдье П. Социология политики– М.,1993г. с. 153.

46 Шиллер Г. Манипуляторы сознанием– М.,1980г. с.121-122.

47 Шампань П. Делать мнение: новая политическая игра– М.,1997г. с.189.

48 Фромм Э. Указ. Соч. с.194.

49 Махарадзе М. Письма о грузинской философии– Тбилиси,1988г. с.69. (на грузинском языке ).

50 Бонет П. Зачем резать уши // Век 1997 № 15.

51 Паренти М. Указ.соч. с.216.

52 Паренти М. Указ.соч. с.235.

53 Власов А.И. Политические манипуляции– М.,1982 г. с.98.

54 Цуладзе А. Политические манипуляции или покорение толпы– М.,1999 г. с. 76-77.

55 Гаджиев К.С. Политическая философия– М.,1999 г. с. 546.

56 Там же.

57 Московичи С. Век толп– М., 1996 г. с. 189.

58 Иванов В.Н. Новое политическое мышление и массовое сознание // Социально-политические науки 1990 № 8 с.9.

59 Массовое сознание и массовые действия– М.,1994

60 <не указано>

61 <не указано>

Файлы: 
comments powered by HyperComments